Журнал Ракурс
Мукай Кадыркулов: «Упрощения для участников ВЭД не должны негативно сказываться на качестве таможенного контроля»

С 1 февраля Мукай Кадыркулов вступил в должность члена Коллегии (министра) по таможенному сотрудничеству ЕЭК. Об основных направлениях работы, приоритетных задачах и перспективах принятия ТК ЕАЭС и не только читайте в журнале «Ракурс».

— Мукай Асанович, с 1 февраля 2016 года Вы приступили к  обязанностям министра по таможенному сотрудничеству Евразийской экономической комиссии. Какие направления в работе Вы уже для себя выделили?

— Мы договорились, что новый состав Коллегии ЕЭК пойдет по пути преемственности. Что касается таможенного блока, моим предшественником (министром I  состава Коллегии ЕЭК Владимиром Гошиным. — Прим. ред.) был заложен очень крепкий фундамент таможенной политики Союза. Сейчас можно выделить три глобальных направления.

Первое — это продолжение работы по заданному вектору и развитие наиболее перспективных направлений в сфере таможенного регулирования на территории ЕАЭС, таких как институт уполномоченных экономических операторов и в дальнейшем — уполномоченных экспресс-операторов, система идентификации участников внешнеэкономической деятельности(ЕСИТС), совершенствование союзной системы транзита, внедрение механизма «единого окна» во внешнеэкономической деятельности стран ЕАЭС и другие масштабные проекты.

Второе  — работа по снятию барьеров, изъятий и ограничений. Здесь у нас уже большие подвижки. Из 23 ранее неурегулированных вопросов осталось пять.

И третье направление заключается в так называемом антикризисном управлении. Комиссии, что неоднократно подчеркивалось и председателем Коллегии ЕЭК Тиграном Саркисяном, необходимо учиться эффективно и оперативно отвечать на возникающие экономические вызовы. В этом направлении ЕЭК совместно с государствами-членами сейчас решает очень чувствительный вопрос по отдельным проблемам, возникшим при ввозе товаров на территорию ЕЭАС и перемещении по единой таможенной территории Союза.

— Какие приоритетные задачи стоят перед таможенным блоком ЕЭК в 2016 году?

— Первое и основное — вывести на подписание проект ТК ЕАЭС. Документ важен не только сам по себе как свод таможенных правил осуществления ВЭД на союзной территории, но и имеет стратегическое значение как документ, закладывающий основу для других перспективных направлений.

Второе — укрепление союзной системы транзита. В нынешних непростых экономических условиях это, пожалуй, один из самых важных вопросов. 12 апреля на очередном заседании Коллегии Евразийской экономической комиссии были одобрены и направлены в страны на внутригосударственное согласование проекты трех международных документов, связанных с применением обеспечения уплаты таможенных платежей при перемещении товаров в соответствии с таможенной процедурой таможенного транзита.

Это — Соглашение об особенностях применения обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов при перевозке товаров в соответствии с таможенной процедурой таможенного транзита, а также проекты двух протоколов, предусматривающих внесение изменений в  действующее таможенное законодательство — Таможенный кодекс Таможенного союза, необходимые для реализации Соглашения. Соглашение разработано в целях развития единой системы таможенного транзита Евразийского экономического союза, в том числе с учетом возможности ее дальнейшего взаимодействия с системами таможенного транзита третьих стран.

В этом году будет доработана и представлена эталонная модель механизма «единого окна» во внешнеэкономической деятельности, которая послужит ориентиром для стран евразийской пятерки в развитии своих национальных «единых окон».

Так же продолжается работа по развитию института предварительного информирования о товарах и транспортных средствах, ввозимых на территорию ЕАЭС; ведутся переговоры с  Китайской Народной Республикой об организации информационного взаимодействия между таможенными органами; разработка и совершенствование таможенных информационных технологий и общих процессов в рамках ЕАЭС, предусматривающих информационное взаимодействие между таможенными и иными государственными органами, а с также участниками ВЭД; разработка и внедрение структур и форматов электронных документов и сведений в электронной форме, используемых в таможенных целях, и многое другое.

— Проект ТК ЕАЭС уже несколько лет является наиболее обсуждаемым документом из разрабатываемых на площадке ЕЭК нормативных актов как среди бизнеса, так и среди госорганов. Переговорный процесс становится все острее, а сроки вступления в силу ТК ЕАЭС неизменно отодвигаются. Поэтому сразу задам вопрос: когда участники ВЭД получат в пользование новый Таможенный кодекс?

— Да, действительно, работа над документом в силу ряда объективных причин продвигается не так быстро, как нам хотелось бы. Во-первых, к  работе над проектом ТК ЕАЭС приступили новые страны  — участницы Союза  — Кыргызстан и  Армения,  ранее не только не принимавшие участия в переговорном процессе, но и не работавшие с ныне действующим ТК ТС до вступления в Союз.

Во-вторых, внутригосударственное согласование проекта ТК ЕАЭС в 2015 году затянулось, и затем последовал большой объем поправок и предложений от сторон.

Я достаточно осторожно отношусь к  прогнозам, поэтому просто расскажу о наших дальнейших действиях. В мае состоится очередное заседание рабочей группы, после чего планируется провести совещание руководителей ответственных за разработку ТК ЕАЭС государственных органов для дополнительного обсуждения вопросов, разногласия по которым на уровне рабочей группы снять не удалось. После чего эксперты доработают пакет документов, и проект ТК ЕАЭС будет снова направлен в страны на ВГС.

Мы рассчитываем вывести проект на подписание к концу 2016 — началу 2017 года. И при условии, что стороны выдержат сроки ВГС, это реализуемо.

— Как Вы оцениваете проект Таможенного кодекса Евразийского экономического союза? Насколько, на Ваш взгляд, в проекте ТК ЕАЭС учтены интересы бизнеса?

— Проект ТК ЕАЭС, по моей оценке, готов на 95%. И сейчас уже можно говорить о том, что разрабатываемый документ соответствует возложенной на него Договором о  ЕАЭС базовой функции, а  именно  — обеспечения единого таможенного регулирования в  Союзе, единых правил игры на всей евразийской площадке.

Кодекс разрабатывается для пяти стран, каждая из которых пришла в Союз со своим «багажом». И надо признать, что за 25 лет наши независимые страны разошлись в правоприменительной практике и видении, как строить ВЭД, намного серьезнее, чем нам представлялось. Поэтому то, что является прогрессивной нормой для одной страны, может быть вполне рядовой действующей практикой для другой. Например, взявший начало в  действующем ТК ТС институт УЭО.

Для Армении и Кыргызстана, не являвшихся членами Таможенного союза, это абсолютно новый механизм работы бизнеса и таможни. А маленькая по населению и территории Беларусь имеет самый многочисленный реестр УЭО. Наша задача унифицировать и распространить повсеместно лучшую практику, применяемую нашими странами локально в тестовом режиме.

Что касается бизнеса, проект ТК ЕАЭС включил в себя ряд норм, направленных на упрощение таможенных формальностей. Это значительная минимизация затрат бизнеса за счет отказа от бумажного документооборота в пользу электронного, переноса таможенного контроля на этап после выпуска товаров, сокращение времени выпуска товаров до четырех часов, развитие института предварительного информирования, потенциал которого раскроется для бизнеса со вступлением в  силу нового таможенного законодательства, и многое другое.

При этом стоит понимать, что бизнес — это не некий единый субъект, который единогласно просит одно и то же. Возьмем самую простую классическую дифференциацию на экспортеров и  импортеров.

В большинстве своем интересы производителей и импортеров прямо противоположны. Эксперты делают все для того, чтобы найти золотую середину и максимально учесть интересы всех сторон.

— Каково Ваше мнение о  предложениях Казахстана по проекту ТК ЕАЭС? Казахстан считает, что раз принцип резидентства остается, то незачем так много вопросов регулировать на наднациональном уровне, и предлагает формы таможенных документов и порядки совершения таможенных операций (которые в Союзе сейчас единые) перенести на национальный уровень, что, по сути, возвращает таможенное регулирование на национальный уровень. Насколько нам известно, до конца разногласия снять не удалось, и проект ТК ЕАЭС на второй круг внутригосударственного согласования формируется с таблицей разногласий. Какие, по Вашему мнению, возможны варианты дальнейшего развития событий? Что произойдет, если и после ВГС не удастся прийти к консенсусу?

— У Вас несколько устаревшая информация. Нужно отдать должное экспертам — они ударно потрудились и  смогли найти развязки по большинству наиболее спорных вопросов. Из 1500 поправок и замечаний, поступивших по итогам ВГС, сейчас осталось порядка 60. Как я уже сказал, мы рассчитываем большинство из оставшихся норм урегулировать на заседании рабочей группы. Наиболее принципиальные вопросы — в ходе совещания руководителей уполномоченных министерств и ведомств.

Что касается ранних предложений Казахстана — да, принцип резидентства сохраняется. При этом по всем концептуальным предложениям республики сторонам удалось найти взаимоприемлемые решения.

Стороны со всей ответственностью подходят к вопросам формирования общей нормативно-правовой базы. У нас единая таможенная территория, единая таможенная граница, единый рынок товаров. И единое таможенное регулирование — это единственно разумное обоснование для одной страны — участницы Союза доверять свою экономическую безопасность другой.

И стороны это прекрасно понимают. Поэтому у нас не стоит вопрос: договоримся ли мы. Договоримся.

— На каком этапе сегодня находится работа по построению механизма «единого окна» во внешнеэкономической деятельности стран Союза? Каковы основные трудности?

— Сейчас мы проводим анализ текущего состояния развития механизма «единого окна» в наших странах, после чего для каждой страны будут подготовлены рекомендации с дальнейшей пошаговой инструкцией. Развитие механизма во всех государствах — членах ЕАЭС должно быть ориентировано на эталонную модель, которую, как я уже ранее отметил, мы планируем презентовать в этом году.

Дальнейший прогресс напрямую зависит от степени заинтересованности наших стран в данном механизме, так как создавать и внедрять механизм наши стороны будут самостоятельно.

— Над какими документами в сфере совершенствования таможенного администрирования ЕЭК работает сейчас?

— Хотелось бы поделиться свежей информацией по недавно принятым документам. Помимо уже упомянутого мной Соглашения по транзиту, 12 апреля Коллегией ЕЭК была одобрена возможность и порядок применения процедуры отложенного определения таможенной стоимости товаров, цена которых зависит от биржевых котировок.

Нововведение позвол ит дек ларантам определять таможенную стоимость товаров на основании стоимости сделки и не переходить к другим оценочным методам. Д л я наши х стран это абсолютно новый и очень большой шаг навстречу бизнесу. Ранее процедура отложенного определения таможенной стоимости товаров не применялась в  странах Союза.

В дальнейшем по результатам практики применения процедуры отложенного определения таможенной стоимости товаров в государствах-членах может быть рассмотрен вопрос о распространении этой процедуры на иные случаи, когда величина таможенной стоимости товаров неизвестна на момент таможенного декларирования.

Согласно проведенной оценке регулирующего воздействия эта норма должна позитивно сказаться на условиях ведения предпринимательской деятельности. Так же Коллеги я ЕЭК согласилась с  рекомендацией «Об электронном взаимодействии при представлении предварительной информации о товарах, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза воздушным транспортом».

Рекомендация направлена на унификацию требований к предварительному информированию о товарах, ввозимы х на таможенную территорию Союза воздушным транспортом. Напомню, что обязательное ПИ «по воздуху» начнет действовать с 1 апреля 2017 года. И со вступлением в силу данного решения из транспорта, которого норма еще не коснулась, у нас останется только морской.

— С какими государствами ЕЭК ведет переговоры по организации информационного взаимодействия между таможенными службами и есть ли уже реальные достижения?

— Мы ведем переговорный процесс с Китаем по соглашению об информационном обмене между таможенными службами КНР и государств — членов ЕАЭС о  товарах, перемещаемых между нашими странами.

Сейчас мы на этапе выработки союзной переговорной позиции к четвертому раунду. Мы полагаем, что следующей страной, с которой мы договоримся об информационном обмене, будет Вьетнам. На перспективу планируем заключать аналогичные соглашения со всеми странами, с которыми у нас создается зона свободной торговли.

— Планируете ли Вы что-то изменить в сложившейся практике взаимодействия с  бизнесом на площадке ЕЭК с целью расширить возможности предпринимательского сообщества стран ЕАЭС отстаивать свои интересы?

— Мы уже сейчас полностью ориентированы на соблюдение интересов бизнеса и  упрощение ведения внешнеэкономической деятельности. Я неоднократно говорил, что бизнес — это непосредственные работодатели таможенных служб. Не будет движения товаров — не будет таможни. Комиссия ведет свою работу предельно открыто. Заинтересованные участники ВЭД являются полноправными членами рабочих и экспертных групп по разработке всех нормативных актов. А это значит, что бизнес от всех пяти стран наравне с госсектором имеет право голоса и определяет направления разработки.

Более того, бизнес может отстаивать свои права и оспаривать нормативные акты Комиссии в суде ЕАЭС. При этом мы не должны забывать, что на таможню возложена функция по защите экономической безопасности страны.